Еще
Еще один день, который начался с бега. Не с пробуждения, а именно с бега — мыслей, планов, тревог. Сумасшедшая гонка, где деревья за окном становятся лишь зелеными пятнами, а люди — силуэтами. В этой спешке кажется, что важнее всего успеть, ухватить, догнать. Успеть проверить все тетради, ухватить суть неусвоенной темы, догнать ускользающее время урока.
И вот ты едешь домой, опустошенная, с ощущением, что прожила день не своей жизнью. А где-то рядом, на параллельной улице, осталась та самая осень, которую ты так и не увидела. Та самая часть тебя, что умеет просто смотреть и дышать.
И тогда я свернула. Не домой, а в сторону. Остановила машину на пустой обочине, где никто не спешил, и вышла. Стояла и слушала. Не шелест листьев под ногами, а их тихий, прощальный шепот над головой. Они еще держались, эти кленовые листья, наполовину багряно-охристые, наполовину уже поблекшие, ночные. Они не шумели. Они дышали. И в этом дыхании была вся правда этого дня, этой осени, этой жизни — горькая, пронзительная и бесконечно прекрасная.
Этот мрачный, туманный день, который я так торопилась прожить, оказался на удивление глубоким и цельным. Он не требовал от меня суеты. Он требовал лишь одного — чтобы я в него поверила. Поверила, что можно остановиться. Что можно просто постоять и посмотреть, как мир живет своей жизнью, не спрашивая твоего разрешения и не требуя твоей оценки.И это «еще» — еще одна тетрадь, еще один урок — вдруг показалось таким маленьким и несущественным перед лицом этой величавой, спокойной красоты. Красоты, которая не торопится, потому что знает — всему свое время. И времени на то, чтобы быть живой, у нас, как ни парадоксально, гораздо меньше, чем на все наши «еще».
Комментарии
Отправить комментарий